Резонанс
Лучшее
Обсуждаемое
-
-
0
+
+

Креативный класс и симулякры смыслократов

Опубликовано:  23.01.2017 - 10:37
Корреспондент:  Николай Градов

Эта статья написана пять лет назад, но, к сожалению, полноценная дискуссия о новой социальной роли работников умственного творческого труда в современном мире коммунистами до сих пор не организована.

На днях почти случайно натолкнулся в Интернете на видео с Александром Дугиным, в котором он истерично ругал интеллигенцию, называющую себя креативной, «создающую симулякры и паразитирующую на творчестве народных масс». Этим креативщикам он вдохновенной скороговоркой противопоставлял людей по настоящему творческих, «обладающих воображением».

В этом есть резон, подумал я. Сегодня телевидение, кино, радио, жёлтая пресса обрушили на умы людей массу сырого отвратительного по форме и содержанию интеллектуального материала. Весь этот нечеловеческий постмодернистский бред даже коммерческой выгодой нельзя оправдать, поскольку в нём, кроме злого умысла, никакого интереса, тем более - творческого, не прослеживается. По всей вероятности, существует некий идеологический фильтр, через который в СМИ практически не проникает ничего по настоящему творческого, разумного и честного, а для ругательного, бесстыдного, аморального, безнравственного и антисоциального шлюзы открыты широко.

В этом я совершенно солидарен с А. Дугиным и со всеми, кто борется с идеологическим постмодернизмом – этой интеллектуальной чумой XXI века.

Но, когда далее я услышал, как творческое воображение философа Дугина предлагает в качестве панацеи от всех бед, обрушившихся на русский народ, водить широкие и дружные хороводы – мне стало как-то не по себе. Нет, по началу я просто хохотал, представив вдохновенное предложение Дугина: организовать хоровод из десятков тысяч людей, которые приедут с палатками на несколько дней и образуют гигантский круг в районе между Псковом и Великими Луками. Это к кому он обращался? Кто с восторгом поддержит его предложение? Та же самая сибаритствующая интеллигенция, которая теперь будет лепить симулякры из языческих символов и ритуалов.

Но далее, когда господин Дугин с пеной у рта начал доказывать, что народу не нужна никакая модернизация, и, потанцевав Хоро, он будет способен без всякой модернизации построить цветущую счастливую жизнь – мне стало не до смеха.

Оставим языческие заклинания на совести Александра Дугина. Он большой философ – «ему видней». Я же увидел за всей этой постмодернистской и антимодернистской игрой слов гораздо большее - в обществе разворачивается нешуточная борьба за умы и души начинающего себя осознавать – креативного класса. Но прежде, немного истории.

В России ещё в 19 веке выработалось для обозначения высокообразованной части общества понятие «интеллигенции». В этом особая роль принадлежит русской классической литературе с именами Пушкина, Чернышевского, Чехова и многих других. Глубокий смысл в это понятие вложил трудовой народ в ответ на самоотверженный труд учёных разночинцев и героизм народовольцев. Мудрый русский народ, конечно, видел и барское зазнайство, переходящее в хамство, «образованцев» и бредовое проявление интеллигентской меланхолии, особенно непозволительное в критические моменты истории, но, в конечном итоге, авторитет знаний был решающим.

Интеллигентская ненависть к шариковым эпохи гражданской войны тождественна сегодняшней ненависти трудового народа к беснующейся развратной богеме шоуменов.

А бесшабашное пьянство трудяг не более омерзительно, чем наркотический гламур «золотой» молодёжи втаптывающий в грязь все национальные святыни.

Но эти крайности никак не могут опорочить настоящего взаимопонимания и взаимоуважения, которые всегда существовали в русской нации между профессиональными работниками физического труда настоящими мастерами своего дела (легендарный мастер Левша – обобщённый образ русских умельцев, мастер литейного дела Чохов, мастер Нартов, обучавший царя Петра токарному делу и т. д. ) и великими мастерами русской науки и культуры, посвятившие всю энергию своего таланта будущему России и её народа.

Не случайно символом талантливости и потенциальной интеллектуальной мощи русского народа является Михаил Ломоносов – крестьянин, рыбак и учёный мировой величины.

Но особенно ощутимые результаты от настоящего, не просто духовного взаимоуважения, а делового творческого содружества работников физического и умственного труда, общество и страна получила при советской власти.

Рост ВВП на 15-25% в год, строительство тысяч совершенно новых производств, освоение сложнейших технологических процессов, технических систем, налаживание производства всех существовавших на тот момент в мире новейших образцов техники, порой значительно превышавшие по техническим данным лучшие зарубежные образцы.

Это сколько нужно было иметь смело и креативно мыслящих учёных, инженеров, конструкторов и мастеров самой высокой квалификации, чтобы всё это успешно осуществить. Это и был настоящий креативный класс, который в нормально развивающемся обществе, не раздираемом противоречиями отношений собственности, выполняет главную функцию - прогнозирования и проектирования будущего.

В Советском Союзе по мере развития научно-технического прогресса социальная группа работников умственного труда постоянно росла количественно и качественно и, самое главное – очень многое делалось для повышения уровня образования всего народа.

Сколько бы не клеветали на советскую власть, а этот факт остаётся неоспоримым. Как неоспорима, истинная цель сегодняшних либеральных реформаторов разрушить до основания, то есть до уровня начала прошлого века, систему народного образования. А. значит, следом за ней ускоренно деградируют и разрушатся прежде лучшие в мире государственные системы научных, культурно–образовательных и воспитательных учреждений.

Но почему динамично развивающееся советское общество с устойчивой экономикой (не застойной, а устойчивой, поскольку даже при самых неблагоприятных факторах реальный рост ВВП составлял не менее 3-4% в год) вдруг зашаталось и по нему пошли несовместимые с жизнью разломы?

В качестве одной из главных причин, некоторые исследователи указывают на излишнюю бюрократизацию управленческих систем и возродившуюся сословность. Сословные группы начали навязывать всему обществу клановую мораль круговой поруки («ты мне – я тебе»), которая архаична по определению и разрушает даже классовое сознание.

Партийная вертикаль «демократического централизма» с её номенклатурным табелем о рангах и объективно и субъективно способствовала зарождению и укреплению советской сословности. Глубокой эрозии подверглось, прежде всего, классовое сознание интеллигенции. Теневые структуры сословности, словно вирус влезали во все клеточки общественного организма, размножались в затхлой атмосфере идеологического и мировоззренческого застоя, пожирая всё здоровое, честное и творческое.

С другой стороны, её постоянно давило статусное сознание своей вторичности по отношению к «руководящей и направляющей». Конфликты между научными коллективами и партийной властью, по мере усложнения системных проблем, становились всё более принципиальными и непреодолимыми.

Некоторые ломались и начинали с завистью и надеждой смотреть на «процветающий» капиталистический Запад, где по рассказам «бывалых», для продвинутых специалистов созданы «райские кущи».

Большинство предпочитало пассивно плыть по течению.

Лишь немногие энтузиасты, вдохновляемые грандиозными планами великих строек (города-заводы, освоение космоса, освоение Севера и Сибири, БАМ и т. д. ) продолжали создавать невероятные по эффективности новейшие технологии, которые М. Калашников собирает как доказательство реальной возможности осуществления «Проекта СССР-2».

Столь же пассивно и равнодушно всё научное сообщество наблюдало за политическим театром Горбачёва, где была разыграна трагикомедия конвергенции капитализма и социализма с финалом развала СССР и советского общества.

Шокотерапия Ельцина и Гайдара образумила многих, но было уже поздно – все системные связи в обществе и государстве были целенаправленно разрушены.

Креативное сообщество все эти годы безраздельного правления либералов пыталось выживать, но одновременно училось системно осмысливать произошедшее со страной и народом. Свидетельством тому многочисленные статьи в патриотической печати, в блогах и на форумах в Интернете. Общее во всех рациональных предложениях по исправлению ситуации только одно: необходим возврат к полноценному государственному регулированию развитием всех базовых жизнеобеспечивающих систем общества. Такой вывод содержится практически во всех размышлениях специалистов самого различного профиля. О сужении функций государства до «обеспечения правил игры» продолжают твердить только твердолобые либералы или функционеры пятой колонны. А любой нормальный человек ответит: - «Хватит – доигрались!».

С. Кара-Мурза написал целую серию книг и статей, посвящённых роли интеллигенции в событиях последних двадцати лет: «Интеллигенция на пепелище России», «Манипуляция сознанием», «Потерянный разум» и др. В них он с добросовестностью учёного-аналитика на многочисленных примерах показал, что при обсуждении целей и идей перестройки и, особенно, при оценке её последствий «были нарушены важнейшие нормы рациональности». Кара-Мурза в своих выводах категоричен: «Перестройка в целом привела к тяжёлому поражению рациональности. Сегодня наша культура в целом отброшена в зону тёмных, суеверных, антинаучных взглядов – Просвещение отступило».

В качестве средства от интеллектуального недуга он предлагает методику «здравого смысла», поскольку «В реальной жизни, тем более в условиях кризиса, мы не имеем времени и сил для того, чтобы делать сложные многоступенчатые умозаключения по большинству вопросов, с которыми сталкиваемся и по которым должны определить свою позицию».

Но ведь здравый смысл, который хорош как право Вето («семь раз отмерь и один раз отрежь» и множество других пословиц на эту тему) способен к анализу и прогнозированию только совместно с интуицией, а она подвластна лишь «пророкам». Вот мы и вернулись к тому, с чего начали. Борьба с мифами с помощью мифов порождает лишь новые мифы.

Если в реальной жизни мы «не умеем делать сложные многоступенчатые умозаключения», но они, и именно они, составляют суть системно-интегративной логики, без которой ни понять, что происходит в обществе, ни прогнозировать будущее невозможно, то этому нужно научиться. Смогли же наши враги разработать и применить против нас организационное оружие (чистейший системный продукт), которое, к сожалению, пока не получило никакого противодействия с нашей стороны. А мы всё уповаем на здравый смысл и интуицию.

Специалистам по логике науки необходимо, наконец, всему обществу сказать правду о том, что практически все значительные научные открытия, технологические разработки и технические изобретения последних ста лет – это плод интеллектуальных усилий целостных творческих групп и целых коллективов учёных, конструкторов и инженеров. А отмеченное аналитиками, наметившееся в последние десятилетия, торможение научно-технического прогресса - явно указывает на обострение социальных и классовых противоречий, которые самым негативным образом сказываются на творческой активности и душат саму романтику творческого процесса.

В здоровом творческом коллективе, которые были не редкостью в советском обществе, меньше всего думали об авторстве – всех увлекала, прежде всего, поставленная цель и борьба за её достижение. В навязываемой нам либерально-капиталистической системе отношений, каждый просто вынужден лезть наверх по головам рядом стоящих, даже если это коллеги, друзья или родственники.

А. С. Пушкин как-то опрометчиво произнёс: «Нельзя продать вам вдохновенье, но можно рукопись продать». Как бы он был удивлён, узнав, что сегодня в капиталистической реальности финансовые олигархи уже не дожидаются появления интеллектуального продукта, чтобы скупить патентные права. Они полностью контролируют интеллектуальный процесс, извлекая из него сверх-сверхприбыли. Буржуазная мифология заманивает в свои сети теперь уже людей интеллектуального труда. Им обещают звёздные авторские гонорары.

На самом деле успешная творческая элита, внешне живущая жизнью королей, насчитывает единицы по сравнению с великим множеством безвестных тружеников любого творческого сообщества. Звёздам позволяют всё, только потому, что они выполняют функцию рекламного фасада, зазывающего не только потребителей, но и креативную интеллигенцию, чтобы, эксплуатируя её, получать сверхприбыльный интеллектуальный продукт.

Шум вокруг авторских прав – лишь ширма для прикрытия настоящего грабежа, которому подвергается теперь уже креативный класс со стороны всё того же ненасытного финансового спрута, применяющего всё более изощрённые способы эксплуатации трудового народа. Да и хищники поменьше, падальщики звериного капитализма (адвокаты, судьи, исполнительные приставы, многочисленные посреднические конторы) – тут как тут. Буржуи грабят, красные, понимаешь, тоже творческой свободы не давали. И куда бедному интеллектуалу податься?

Схема капиталистической эксплуатации поменяла свою форму, но не поменяла своей сути. И все реальные участники классового противостояния давно понимают истинное положение. Так почему сегодня вдруг такое внимание к креативному классу? Да потому, что он сам просыпается и превращается, согласно классической теории классов, из класса «в себе» в класс «для себя». Не имея возможности решить свои экономические проблемы, его представители начинают строить системные аналитические рассуждения, включающие общесоциальные и политические факторы.

Такие процессы пробуждения политической активности некогда пассивной, а порой консервативной интеллигенции, происходят во всём мире, естественно по-разному.

В чём особенность политического момента в России сегодня? Очень точно её определил Л. Г. Ионин ещё в 1996 году (цитату привёл С. Кара-Мурза на своём форуме):

«И западное общество, и российское почти одновременно подошли к необходимости коренной когнитивной переориентации. На западе она произошла или происходит. У нас же она совпала с разрушительными реформами и полным отказом от приобретённого ранее знания, а потому практически не состоялась. Мы упустили из виду процессы, происходящие в нашем собственном обществе, и живём сейчас не своим знанием, а тридцати-сорокалетней давности идеологией западного модерна».

Ионин абсолютно прав. В России понятие креативного класса не только не новость, наоборот, опыт нашей страны вложил в это понятие содержание гораздо более глубокое. Те, кто сегодня в политической игре пытается ставить на креативный класс, совершают явный подлог, представляя его социальный портрет, не исходя из наших исторических и современных реалий, а, подсовывая теоретическую разработку Роберта Флориды, в которой описаны классовые отношения в США середины прошлого века.

Не трудно догадаться с какой целью это делается.

Как же нашим либералам не ухватится за такую удобную теорию, по которой можно попытаться «оправдать классовое неравенство, переводя его из плоскости «богатый – бедный» в плоскость «творческий – нетворческий» - остроумно замечает Владимир Соловьёв в своём блоге.

Вот и полезла наверх всякая псевдотворческая и околотворческая интеллектуальная пена, чтобы «возглавить» процесс. Эмоциональная реакция в обществе на митинговые попытки ультра-либералов вернуться в публичную политику, породила массу эпитетов, которыми их кроют возбуждённые блоггеры и журналисты левопатриотического лагеря: «офисно-гламурная шваль», «постиндустриальные недочеловеки», «люди – погремушки», «люди – пустышки», «истерически возвышенный постмодерн». Профессор Юрий Волков более рассудительно определяет их как «негативную креативность», которая «кем-то сознательно продуцируется».

Я уже писал о непрекращающихся попытках подвести теоретическую базу под извечное желание властьимущих разделить народ, по образцу зоологических сообществ, на управляющих и управляемых, на аристократию и трудящееся быдло, на расы господ и рабов. Небезызвестный А. Зиновьев вообще предложил переименовать Общество в «Человейник».

А вот некий институт «Динамического консерватизма» взялся за дело самым основательным образом. В семьсот страничном монографическом коллективном труде они выдвинули положение, что «Любое государство, развивающееся на большом историческом отрезке, обязательно постоянно воспроизводит все три начала: демократическое, автократическое, аристократическое – и приводит их в равновесную модель».

Действительно, кто в здравом уме назовёт нынешних олигархов аристократами, даже если они обосновываются в замках бывших лордов. «Из грязи в князи» так просто не перескочишь. И наши креативщики с готовностью торопятся помочь и вдолбить в мозг тупого народа, что «…иначе полноценного государственного развития просто не может быть. Демократия сама по себе не способна обеспечить формирование и возобновление достойного правящего слоя в стране».

Без кого невозможно развитие? Без учёных, инженеров, квалифицированных рабочих? Нет, без расплодившихся интеллектуальных посредников, которые сами наименовали себя – «смыслократами». «Смыслократическое начало общества – это власть над умами, над смыслами. Эта власть стратегическая, её задача – построение долгоиграющих моделей развития, прогнозирования будущего и управления им».

И так далее, в том же духе, с постоянным возвратом к одной и той же мысли, что без «смыслократов» либерального разлива, этих интеллектуальных аристократов духа, либеральное государство рухнет. Да оно потому ещё живо, что народ в своём долготерпении пока не теряет надежды на его уничтожение и возвращение к нормальным человеческим смыслам, всё-таки, мирным путём.

Таким образом, вся эта псевдоинтеллектуальная политическая игра, которую ведут самозваные смыслократы, имеет единственную цель - разъединить настоящий креативный класс на противоборствующие группы, а, заодно, отделить интеллектуальное ядро общества от всего трудового народа, что, в сущности, равноценно национальному самоубийству.

«Голова профессора Доуэля» - вот такой беспомощно послушной хотели бы видеть интеллигенцию олигархи и их смыслократические адвокаты.

Николай Градов

Добавить комментарий (всего 0)